uborshizzza (uborshizzza) wrote,
uborshizzza
uborshizzza

Categories:

Насколько логична современная практика преследования педофилов?

Переход по щелчкуВ верхнее тематическое оглавление
 Переход по щелчку Тематическое оглавление (Идеологические размышлизмы)


Очень обсуждаемой стала тема осуждения педофилов. При этом очень интересно, что уголовное преследование педофилов стало совершенно особой темой, со своими тенденциями и стереотипами. Если анализировать ее саму по себе, как сферического коня в вакууме, то вроде все логично, а если сопоставлять с другими параллельно текущими процессами, то наступает когнитивный диссонанс.

По отношению ко всем преступлениям у нас сейчас типа разгул гуманного отношения, а по отношению к педофилам – так совсем наоборот. Даже, с легкой руки президента, вводят их химическую кастрацию, так как только самые суровые меры позволят бороться с этим злом. А почему, собственно, к другим категориям преступлений это не относится? Также непонятно, почему, к примеру, воровство бюджетных денег в особо крупных размерах не считается таким тяжелым преступлением, как, скажем, убийство. Все сейчас хорошо осведомлены в практике сбора денег на лечение больных раком детей и все хорошо знают, что в бюджете денег на их лечение нет, а цена вопроса жизни – порядка десятков тысяч долларов. Так что украл миллион долларов из бюджета – грубо говоря, детский сад перестрелял. Также хорошо известно, что многие из воров бюджетных денег воруют не для себя (они – скромные, им лично ничего не надо), а для своих многочисленных жен и детишек, которых надо обеспечивать. Поэтому такая мера, как кастрация тех, кто ворует бюджетные деньги, кажется мне крайне разумной.

Диссонанс между требованиями общественности, которая негодуэ, и суровой реальностью также связана с тем, что общественность не думает о практике и о технологической осуществимости своих благородных порывов. Например, негодующая общественность представляет себе страшного серого волка, тьфу, педофила, который нападает на идущую по лесу девочку с корзинкой пирожков. А на деле большинство дел о педофилии – по отношению к тем, кто девочку знал и от кого она находилась в зависимом отношении, начиная с врачей детской больницы, но чаще всего – об отцах или отчимах. Поэтому чаще всего речь идет об эпизодах, которые произошли некоторое время назад, прямых улик найти практически невозможно, особенно когда речь идет не о сексуальном акте (вагинальном или анальном), а о других формах. Ну и что делать правоохранителям? Если подходить со стандартными мерками презумпции невиновности, то даже в явных случаях доказать будет нельзя, если, как это сейчас практикуется в некоторых странах, считать показания ребенка абсолютно достаточным или основываться на косвенных уликах – но наверняка посадят многих невиновных.

В недавних постах тут по поводу педофилии в комментах отметился известный человек, сидящий по обвинению в развратных действиях по отношению к своей дочке и осужденный, фактически, только на основании ее показаний. Он, отбывая наказание, постоянно в Интернете ведет агитацию и требует пересмотра своего дела. Не исключаю, что он – невиновен, и то, что (в отличие от Макарова) за пересмотр его дела не идет широкой кампании – следствие только того, что означенный человек обладает удивительной способностью со всеми ссориться.

Также суровость наказания по отношения к отцам-педофилам резко контрастирует с практикой судебных решений по делам об убийстве матерями своих детей. Много таких дел подробно обсуждалось в последнее время, стандартная схема выглядит так: многодетная женщина рожает еще одного и убивает новорожденного. Ей в результате дают 3 года с отсрочкой до совершеннолетия других детей, то есть, с учетом российской практики – 3 года условно. Но ведь новорожденный обладает теми же правами, что и другие граждане, а умышленное убийство – безусловно более тяжкое преступление, чем развратные действия. Так почему отцу-развратнику дают 8 лет отсидки, а матери-убийце грозят пальчиком.

Думаю, что причина этого – в современных российских общественных стереотипах. У нас считается, что мать по определению любит своего ребенка, так что смерть ребенка (даже если она его сама утопила в ведре с вводом, как котенка) – настолько тяжелое наказание, что о таких мелочах, как 20 лет отсидки, даже и говорить неудобно. Онажемать! Она же будет всю жизнь мучатся, бедняжка!

А вот мужики у нас считаются никудышными родителями (специально для одного читателя – не являются, а считаются! Есть и очень хорошие), которым на детей наплевать. А если не наплевать, то это до такой степени подозрительно, что заботливого отца надо немедленно посадить. Явно он что-то нехорошее задумал.

Думаю, что распространение подобной судебной практики, когда правоохранительные органы будут под микроскопом рассматривать поведение отцов дочерей, а произвольно трактуемые результаты интерпретации того, как дети рисуют кошек – достаточным поводом для уголовного разбирательства, должно привести к определенным ответным реакциям. Например, в Индии, где по местным обычаям считалось приличным тратить большие деньги на свадьбу дочек, половину новорожденных девочек просто топили. Но ведь раскошелиться на свадьбу – это не то, как сесть в тюрьму лет на 10. А когда вспомнишь, что за убийство новорожденного дадут 3 года условно, то поневоле задумаешься.


Счетчик посещений Counter.CO.KZ - бесплатный счетчик на любой вкус!

Tags: Идеологические размышлизмы
Subscribe
Buy for 60 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 26 comments