March 9th, 2009

Фильм «Вики Кристина Барселона»

Переход по щелчкуВ верхнее тематическое оглавление
 Переход по щелчку Тематическое оглавление (Рецензии и ругань)
 Переход по щелчку предыдущее по теме…………………………………  Переход по щелчку следующее по теме
 Переход по щелчку предыдущее по другим темам……………  Переход по щелчку следующее по другим темам


мелодрама, Испания, США, 2008, 96 мин.
Режиссёр: Вуди Аллен
В ролях: Ребекка Холл, Скарлетт Йоханссон, Пенелопа Крус, Хавьер Бардем, Патриция Кларксон, Кевин Данн, Крис Мессина


Фильм «Вики Кристина Барселона» снят Вуди Алленом на деньги барселонских продюсеров, поэтому он, отчасти, является рекламным. Всякому, кто его посмотрит, захочется посетить эти места, особенно, если он там еще не был. А ведь вблизи Барселоны на побережье находятся испанские курортные зоны. Вторая цель – показать распространенный взгляд на взаимоотношения Старого и Нового света, где Старый свет выглядит носителем культуры, эмоций и сложности, недоступных для прагматичных обитателей лучшего из миров.

Две простодушные американки прибывают на лето к знакомым в Барселону. Вики – брюнетка. Она пишет диплом про самосознание каталонцев, которых никогда не видела. ( Странные у них темы для дипломов.) Она - девушка серьезная, собирается замуж за состоятельного молодого человека, они подыскивают хороший дом с бассейном и теннисным кортом. Кристина – легкомысленная блондинка. Она находится в поисках себя. Год снимала 12-минутный фильм, сейчас без работы, что не мешает ей прекрасно себя чувствовать и путешествовать по Европе.

Да, собственно, все герои Аллена никогда не знали бытовых трудностей. С каждым фильмом они становятся только богаче. Как-то даже странно представить себе, что у людей может не быть денег на перелет из США в Европу или что можно поселиться в доме без теннисного корта. Зато у них много душевных трудностей. Им все время чего-то не хватает для полного счастья.

И в Барселоне народ живет припеваючи. У людей, пригласивших девушек погостить – дом – полная чаща, красивый сад, яхта.

Девушки знакомятся с представителем местной богемы, художником, о котором известно, что он очень много ссорился со своей женой. Такая была любовь, такая любовь: они дрались, пытались убить друг друга, расходились, сходились… Сейчас он одинок. Он рисует очень абстрактные картины и все время вспоминает о своей жене. Художник сходу предлагает девушкам групповой секс и отдых в симпатичном местечке на выходные. Блондинка соглашается, брюнетка – против. «Я не такая» - говорит – «Я почти замужем». Но в итоге обе становятся любовниками живописного испанца, правда, относятся к этому по-разному. Для Вики - это из области запрещенной любви, для Кристины – очередной эксперимент. К Вики приезжает жених, и они женятся. Но она все тоскует по своему одноразовому любовнику. Конечно, муж у нее хороший, правильный, но уж очень с ним скучно, предсказуемо. А вдруг она упускает что-то важное? А ведь упустишь – потом не вернешь. Очень страшно продешевить.

Кристина поселяется вместе с художником. А тут объявляется его бывшая. Она тоже художник, но сильно не в себе. Кристина теперь присутствует при бурном выяснении их отношений. Правда, лично против нее Мария-Елена ничего не имеет. Она даже учит ее фотографировать, ободряет, внушает, что она может стать хорошим фотографом, а потом соблазняет. Некоторое время они живут втроем, но потом Кристина уходит. Она не чувствует себя удовлетворенной. Отправляется вновь на поиски своего счастья. Счастье – это так важно. Очень страшно его не встретить.

После ухода Кристины супруги опять ссорятся вдрызг. Тут Вики чуть было не меняет свою жизнь, решив остаться с временно покинутым своими женщинами художником. Но появляется его безумная Мария-Елена с пистолетом. Случайная пуля даже задевает Вики за палец. Случившееся отрезвляет американку. Ладно еще бросить преуспевающего мужа ради богемного персонажа, но терпеть еще и его жену и все эти африканские страсти? Нет, уж, лучше поскучать с мужем в собственном домике в Нью-Йорке. Американцы отбывают на родину.

Ну и кто кого тут использовал? Американки ждали от Европы больших хороших эмоций – они их получили. Но и это им не надо. Для одной – слишком много, для другой – слишком мало. Европейцы не больно-то и нуждались в американках. У них своя жизнь.

Пенелопа Крус получила «Оскара» за роль второго плана, хотя, в общем-то, ничего особенного не показала. Видимо, надо было наградить. Зрители же получили полтора часа нескучного действия, красивых людей, пейзажей, фирменной алленовской легкой иронии.
Buy for 60 tokens
Buy promo for minimal price.

Лытдыбр от 9.03.09 Новые соседи

Переход по щелчкуВ верхнее тематическое оглавление
 Переход по щелчку Тематическое оглавление (Лытдыбр)
 Переход по щелчку предыдущее по теме…………………………………  Переход по щелчку следующее по теме
 Переход по щелчку предыдущее по другим темам……………  Переход по щелчку следующее по другим темам


Еще одно красивое число. В соседнюю дверь долбят и долбят. Это пытаются открыть дверь новые хозяева квартиры. Вернее, они не новые, а даже уже вполне старые, т.к. владеют квартирой лет 10 -15. Но у них был договор о дарении с рентой пожизненного содержания, поэтому они должны были дождаться, пока умрет старушка, подарившая им свою квартиру.

Дарительнице было 84 года. Ее звали Елена Ивановна, и она была одинока. Никогда не выходила замуж, не имела детей, а может, что-то и было, но она не рассказывала. Я знала ее лет 25. Она работала на заводе, жила в общежитии, потом получила комнату в коммуналке, потом ее соседка умерла, а она обменяла двухкомнатную квартирку на однокомнатную, наверное, с небольшой доплатой, но об этом она тоже никогда не говорила. В общем-то, она это сделала скорее по доброте, потому что та женщина, с которой она обменялась, Ольга, как раз обзавелась семьей (она поздно вышла замуж и родила уже после 40 лет) и ей тесно было в одной комнате.
Елена Ивановна вела обычную пенсионерскую жизнь, гуляла, смотрела телевизор, регулярно посещала поликлинику. Там к ней хорошо относились: чуть что, клали в больницу. По-моему, они даже немного гордились, что поддерживают ее в относительно неплохом состоянии. Соседки отдавали ей одежду, а она умела шить и выглядела очень даже модно, особенно, когда была в парике. На праздники соседки относили ей что-нибудь вкусненькое. Когда она лежала в больнице, то ее навещали Ольга и Старшая по дому. Елена Ивановна никогда не скучала. Она готовила себе правильную еду, включая салатик и десертик, курила крепкие сигареты, читала газеты (всю ту кипу, что я покупаю, я ей отдавала). В отличие от многих своих сверстниц, она сохранила ясную голову, хорошую память. Всегда была вежлива, доброжелательна.
Она выросла в детском доме, куда ее отвела мать: был голод в деревне, у матери было много детей, она почему-то решила отдать именно Лену в детский дом. Елена Ивановна на нее зла не держала, а, наоборот, хвалила. Она говорила, что мать довела ее до самого порога этого учреждения, а могла бы бросить в лесу, как некоторые делали. Из родни у нее был только племянник. Одно время его сын жил у нее, скрываясь от армии. А жили они в другой области, не помню в какой.
Она была вполне довольна своей жизнью, но боялась, что умрет, и ее некому будет похоронить. Поэтому, как только началась приватизация квартир, она начала искать, чтобы с ней сделать. Вначале завещала квартиру Ольге за то, чтобы та за ней ухаживала. Но Ольга через некоторое время сказала, что это для нее слишком напряжно и отдала ей завещание обратно. Тогда-то Елена Ивановна и обратилась в какую-то организацию, где оформляли эти дарственные с пожизненным содержанием. Заключили договор. Молодая женщина обязалась платить ей один МРОТ (кажется, это никогда не превышало 700 руб.), купила самый маленький цветной телевизор и должна была ее похоронить. Больше она по договору ничего ей не была должна. Мы отговаривали Елену Ивановну от этого шага, говорили о племяннике, о том, чтобы она вообще ничего не делала, в конце-концов – похороним всем домом, но она не хотела слушать. Наши люди ведь так воспитаны, что ни у кого не желают одалживаться и рассчитывают только на себя. Шли годы, к негодованию дамы, заключивший договор, Елена Ивановна все не умирала. Она не стеснялась ей за это выговаривать по телефону, а моя соседка чувствовала себя виноватой, обманщицей. Уверена, что дама жаловалась на живучую старуху своим знакомым и те ей сочувствовали : еще бы –целых 700 руб. в месяц! Вот не знаю, кто из них платил за квартиру. В любом случае, квартплата Елены Ивановны, как ветерана всего на свете и инвалида была крошечной. В прошлом году, летом, она решила почему-то уехать к племяннику в деревню. «Что я всю жизнь живу одна? Хоть умру среди своих, и похоронят рядом с родными». Мы ее опять отговаривали: ведь там нет наших врачей, которые ее знают, и она привыкла по ночам вставать, курить, а в общей квартире она будет всем мешать. Уехала. Но через несколько месяцев у нее был инсульт, она стала заговариваться, 28 февраля умерла, царствие ей небесное.
И вот родные ее похоронили и позвонили хозяйке квартиры. Та замок ломает. Очень недовольна: почему у меня нет ключа (а почему он у меня должен быть?), почему ей не в первый день сообщили. Нормально, да? Конечно, договор так составлен, что она ничего не должна. Ну, обязалась хоронить, так ведь вовремя не сообщили. Но по-человечески, разве это правильно? Бог судья тем ловкачам, которые обманывают стариков, составляя такие грабительские договоры и тем, кто этим пользуется. Не все бы смогли на самом деле. Зато выгода какая: затратила она примерно 100 тыс. руб., а квартирка потянет примерно на 90 тыс. евро. Совсем неплохой гешефт получился.


Доктор Домов и его любимый анальгин

Переход по щелчкуВ верхнее тематическое оглавление
 Переход по щелчку Тематическое оглавление (Рецензии и ругань)
 Переход по щелчку предыдущее по теме…………………………………  Переход по щелчку следующее по теме
 Переход по щелчку предыдущее по другим темам……………  Переход по щелчку следующее по другим темам


Так как в моей френд-ленте много врачей, а они смотрят «Доктора Хауса», я тоже прикупила этот сериал. Пока посмотрела примерно полтора сезона.

«Доктор Хаус» - это популярный в США медицинский сериал. У них уже несколько десятилетий идет «Королевский госпиталь», который у нас не показывали. У нас зато показывали «Скорую помощь» ("интубировать!" "Мы его теряем!" Прим. ред.). Этот сериал мне нравился, но потом он испортился по мере того, как из него уходили привычные актеры. Врачи «Скорой помощи» были людьми практически безупречными, но с какими-нибудь проблемами, чтобы казаться более человечными. У одной был СПИД, у другой - больной шизофренией брат, третий принимал наркотики, четвертый умер от рака мозга, пятый был необыкновенно озабочен на расовой почве, шестая ходила с костылем и оказалась лесбиянкой и т.д. Но все они любили свою профессию и больных. Фильм был сделан так, что в каждой серии рассказывалась какая-нибудь новая история, там было много патетики, трагизма и поучительности. Как я уже сказала, первые сезоны собирали все премии и большую аудиторию, но потом они надоели.

Создатели «Доктора Хауса» постарались учесть плюсы и минусы других сериалов. Они решили выделиться за счет черного юмора и неполиткорректности. Главный герой там один, и он имеет большой физический дефект – он инвалид, кроме того, у него мерзкий характер, и он одинок. Он принимает викодин от хронической боли в правой ноге - результат слишком поздно диагностированного мышечного инфаркта. Расово озабоченный негр – слабая копия доктора Бентона из «Скорой помощи» - тоже имеется. Есть и симпатичный молодой врач из богатой семьи – аналог доктора Картера.
Серии поставлены по одному сценарию. Некто падает в обморок. Его привозят в больницу. Здесь доктор Хаус начинает выяснять, чем он болен. Основной его метод – дать больному такие лекарства, чтобы они его почти убили или излечили. Это помогает ему поставить правильный диагноз. Например, если у больного то-то, то это лекарство ему поможет, а если не это, то почти убьет, но зато мы будем знать, что этого у него нет. После нескольких реанимаций больному ставят правильный диагноз, после чего он выписывается, иногда даже благодаря Хауса за спасение. Хаус всегда ставит в конце-концов правильный диагноз, но больные все же порой умирают, но уже не по его вине, а потому что медицина несовершенна. У Хауса есть команда из нескольких врачей-помощников, с которыми у него сложные отношения. Зато у него хорошие отношения со своим боссом – они вместе учились, и она считает его гением, и еще одним врачом, онкологом, имеющим влияние в госпитале. Большинство решений Хаус принимает в результате озарения.
 Переход по щелчку
То, что это не просто медицинский сериал, сколько пост- или даже контра-медицинский сериал, тоже подчеркивается и обыгрывается. Например, доктор Хаус сем на работе постоянно смотрит по телевизору медицинские сериалы. В начале он носил маленький переноной телевизор, но потом нашел более удобное место, где его не беспокоят - в палате коматозного больного, развалившись в кресле и, для удобства, закинув на коматозника ноги. Сам же Хаус постоянно ведет себя как «инфант террибль» - всем хамит в лицо, ходит по клинике в жутких кроссовках и никогда не надевает белый халат.

Несмотря на видимые отличия от традиционных медицинских сериалов, фильм имеет все их родовые черты. Врачи все же скорее напоминают ангелов, а в каждой серии есть мораль типа: чрезмерная забота может навредить, надо быть готовым к смерти, но пока жив, надо бороться, надо уметь прощать и пр. На лицо ужасный Хаус все же добрый внутри. А глаза у него такие синие - пресиние.

Но у меня есть подозрение, что весь сериал снят, как одна большая реклама викодина: он и боль снимает, и озарения вызывает. Интересно, что думают по этому поводу местные борцы с наркоманией.
P.S. Мало того, почти в каждой серии что-нибудь есть про наркоманию. То онколог скручивает сигареты с анашой для своих больных, то эта ассистентка Хауса принимает наркотик, чтобы избавиться от страха, то родители дают ребенку марихуану, чтобы он знал, что это такое, то Хаус лечит мигрень ЛСД. Они точно пропагандируют наркотики.

Россия и СССР. Часть 10. Вещи и деньги

Переход по щелчкуВ верхнее тематическое оглавление
 Переход по щелчку Тематическое оглавление (Идеологические размышлизмы)
 Переход по щелчку предыдущее по теме…………………………………  Переход по щелчку следующее по теме
 Переход по щелчку предыдущее по другим темам……………  Переход по щелчку следующее по другим темам


В этой части проекта я хочу поговорить об отношении к деньгам, к материальным предметам.

Было такое мнение, что русский народ отличается нестяжательством, что готов ограничиться необходимым и предпочитает духовные ценности материальным. Отчасти это было верно. Как я уже говорила, главное изменение, которое произошло в 20 веке - это переход деревенских жителей в городских. Большинство русских крестьян веками жили бедно, они привыкли беречь любую вещь и использовать ее много раз. Этот аскетизм был отчасти вынужденным, отчасти он отвечал привычкам и характеру людей. Не выбрасывали мешочки, не выбрасывали бумагу, не выбрасывали старую одежду, гвозди, гайки. Считали, что все в хозяйстве сгодится. Отслужившие вещи увозили на дачу, пытались кому-то отдать, подарить. Я помню, как моя бабушка никогда не сметала крошки со стола на пол – только в рот. Выбрасывать хлеб считалось грехом. А детские вещички? Их берегли для старших детей, для внуков, отдавали коллегам по работе, друзьям. Помню, у нас на работе у одной женщины была плетеная корзинка для младенца – в ней вырос не один наш ребенок. Платья перешивали, пальто перелицовывали. Причем делалось это не от жадности – от уважения к вещам. Ведь они олицетворяли чужой труд, как тех, кто их делал, так и тех, кто их покупал. Годами помнили обстоятельства покупки какой-нибудь кофточки, серванта. «Иду я мимо магазина, а там очередь, подхожу – дают эти кофточки. Я и взяла. Потом мне все завидовали, а мужчины со мной знакомились». Ну, а уж про сервант саги слагались. Смешно? Да, нет. Ведь вспоминали себя молодых, вещь олицетворяла не только себя, но и время, других людей, обстоятельства.
Пристроил ненужную тебе вещь в хорошие руки – и на душе спокойно, а если выбросил, то будто предал ее. Помню, одна моя подруга сшила мне из платья своей мамы юбку, и все были довольны.

Сегодня вещей в доме много, а рассказать о них нечего. Где купил, сколько стоило, какие события были с этим связаны – никто этого не помнит. Купили – выбросили. Нет уважения к вещам, но нет уважения к труду и к тем людям, кто это делал. Да и вещи-то эти стали уж больно скверные, одноразовые. Вот в музеях стоят шкафы, сундуки – дубовые, резные. Никогда уже так не будут делать.

Но если вещи ценились, то отношение к деньгам было более спокойное. Любили говорить, что всех денег не заработаешь. Что-то копили на черный день или на большие покупки, но чтобы уж очень по ним убиваться… Вообще стремление к обладанию предметами, деньгами считалось мещанством. Никто не отрицал, что они нужны, но это не могло считаться смыслом жизни. Прежде всего человек должен был работать над собой: быть хорошим работником, заниматься общественной работой, повышать свою квалификацию, учиться чему-нибудь новому: хоть на гитаре играть, хоть танцевать, хоть икебану составлять. Очень поощрялось чтение. Люди стремились покупать книги, выписывать журналы. Это было единственное, о чем не стыдно было говорить, что хочется иметь этого много. Встречаясь друг с другом, люди обсуждали прочитанные книги. Каждый считал своим долгом быть в курсе.

За неполные 20 лет все это изменилось. Потребление стало смыслом жизни, деньги – религией, а жадность – хорошим качеством. Сегодня деньги - это все. Нет больше смысла обсуждать кто на свете всех милее, кто румяней и белее – тот, у кого больше денег. И если о красоте женщин еще могут быть разные мнения, то ум и красота у мужчин определяется только величиной их банковского счета. День, прожитый без приобретения чего-либо, представляется напрасно прожитым, а самое страшное, что о тебе подумают, что ты что-то делаешь даром. Это будет означать, что ты – лох, и твоя репутация навеки погублена. Как могли люди так быстро перемениться? Но с другой стороны – это означает, что в этой области, в области потребления, у них просто нет стойких традиций. Вчера внушали, что деньги не главное – верили. Сегодня внушили, что деньги – это все – поверили. Ну, так завтра опять можно вернуться к старому. На самом деле, людям все равно во что играть, лишь бы играть.