April 5th, 2009

Х%&чечная! Это съезд кинематографистов России!

Переход по щелчкуВ верхнее тематическое оглавление
 Переход по щелчку Тематическое оглавление (Рецензии и ругань)
 Переход по щелчку предыдущее по теме…………………………………  Переход по щелчку следующее по теме
 Переход по щелчку предыдущее по другим темам……………  Переход по щелчку следующее по другим темам


После второй серии съезда кинематографистов РФ «Иногда они возвращаются», как круги на воде, пошла цепь разоблачений и опровержений.

Напомню, что на прошедшем зимой съезде холопы взбунтовались, заявили, что Никитка больно зарвался и зажрался, и, осмелев от своей смелости, избрали вместо него честнейшего Марлена Хуциева, который, судя по всем откликам, обладает удивительной для нашей творческой интеллигенции свойством – он не ворует, даже если дают.

Уже по освещению в прессе первого съезда было ясно, что смена власти – не всерьез и ненадолго, так как отечественная пресса фокусировалась в основном на том, что делегаты после совещания так перепились, что обосрали и облевали все сортиры.

Каждый, кто хоть немного сталкивался с артистической братией, понимает, что высидеть несколько часов на съезде и потом, в качестве компенсации, не перепиться они не могут, то есть живописные физиологические описания – просто прелюдия к реваншу, причем реваншу, поддержанному властями. И, действительно, началось с того, что наше отечественное министерство юстиции (заведение совершенно шутейное, сделанное исключительно чтобы все в РФ было как у людей) результаты съезда не признало. Потом начался большой съезд, который обратно призвал Михалкова на царство, а заодно заклеймил позором отщепенцев.

Основной мотив массы контрреволюционеров – надежда на то, что Никита Михалков как «особа, приближенная к императору», не даст им пропасть в их нищете, и малая толика денежек от государства перепадет и им, убогим. Так как уже почти 20 лет капитализма ясно показали, что надежды на сладкую жизнь и безумные доходы от производства их нетленок так и остались мечтами невинной девушки и единственное, что помогает режиссерам и пр. сводить концы с концами – отстегиваемые им государственные субсидии.

Чтобы понять, что начнется дальше, можно было и к гадалке не ходить. Открытые письма обиженных, публичные разборки, оскорбления, исключения, судебные иски… В общем на несколько лет – есть чем заняться и есть что посмотреть.

При этом все идеологические разногласия касаются исключительно одного – кто должен быть во главе союза, а не как должно быть организовано кинопроизводство. Тут всплывает аналогия с «Обитаемым островом» - когда заговорщики, борясь против системы трансляции, взрывают не центр, а периферийные башни, так как мечта их руководства – не уничтожить систему, держащую народ в подчинении, а самим стать во главе ее.

В ходе публичной склоки быстро выявились основные призы, вокруг которых ведется спор и которые не дают возможность высоким тяжущимся сторонам плюнуть на борьбу за кресло председателя. Это – не только киноцентр, но и всякое другое недвижимое имущество. В частности, это «дом ветеранов сцены», о некоторых обитателях которого так трогательно печется Михалков и на территории которого начинается строительство нескольких высотных коммерческих жилых домов. Как это банально, господа!

Но вот всякие посудохозяйственные колкости по принципу «сам дурак», которыми теперь обмениваются фигуранты, чрезвычайно поучительны. Мне, например, очень понравилось передача на «Эхе Москвы», где участвовали трое из банды заговорщиков – Матизен, Разумовский и Гусман. Гусман подговаривал Разумовского, про которого Михалков сказал, что он присвоил себе большие суммы, подать в суд на клевету. Вот его публично обвинили, что он, пока был директором «Дома Кино», очень много воровал. Он подал в суд. Суд тянулся пять лет, Гусман потратил очень много времени и денег на адвокатов, а кончилось все выигрышем с печатью опровержения и крохотной суммы за причиненный моральный ущерб. Единственное, что осталось непонятным в этой истории про честного Гусмана – откуда у него были эти очень большие деньги, потраченные на адвокатов. А Разумовский твердил, что здоровье дороже. Он рассказал, что имущество Союза официально тянет на 150 млн. долл., а неофициально гораздо больше. Цена строительства элитных домов на месте их дома престарелых - 500 млн. долл., а таких участков у Союза еще немало. На предложение К.Лариной вместо отжившего СК образовать профсоюз, кинематографисты рассмеялись. Они ей объяснили, что профсоюз с его копеечными взносами и СК с его большим имуществом - несравнимые величины, и они не согласны, что все надо отдать Михалкову. "Да кто он такой?!", - возопили они по примеру Паниковского.

Примерно на том же уровне проходят и другие дискуссии, в частности, «К барьеру» с Бурляемым и Манским. При всех этих живописных подробностях о том, кому приглашение на съезд прислали, кому – нет, и как Михалков, сидя в президиуме, постукивал по столу толстой пачкой бюллетеней для голосования, перетянутых резинкой, основное впечатление одно – все друг друга стоят.

Единственное, против кого не выдвигают обвинения – против Марлена Хуциева. Точнее, единственное, что ему инкриминируют – что среди его соратников тоже есть люди весьма нечистоплотные. А что поделаешь – других нет.

И здесь, извиняюсь, не удержусь от морализаторства. Кинопроизводство – процесс дорогой, требующей обеспечения и работы большой команды. Как следствие – крайне блатной, завязанный на $лядстве и кумовстве. Ресурсы на кинопроизводство в основном государственные, а государство рассматривает производство фильмов как часть идеологической работы и преследует свои цели, причем крайне неблаговидные. Опять же в условиях смены государственной идеологии на плаву может остаться только то, что не тонет. Поэтому приличные люди в эту контору могут попасть только случайно, по недосмотру.

Так что наши властители дум, короли грез не провороваться и не переругаться не могли просто органически. А и фиг с ними – отечественная кинопродукция последних лет почти целиком столь убога, что лучше бы они ругались, чем пленку портили.


Buy for 60 tokens
Buy promo for minimal price.

Россия и СССР. Часть 14. Братство

Переход по щелчкуВ верхнее тематическое оглавление
 Переход по щелчку Тематическое оглавление (Идеологические размышлизмы)
 Переход по щелчку предыдущее по теме…………………………………  Переход по щелчку следующее по теме
 Переход по щелчку предыдущее по другим темам……………  Переход по щелчку следующее по другим темам


Завершая ту часть проекта, которая посвящена революционной триаде, пишу сегодня о Братстве.
КликабельноПод братством в СССР понималась чаще всего национальная политика. Именно про этот аспект и буду писать. Здесь надо сказать, что вначале речь шла об интернационализме, т.е. о том, что нации – понятие отжившее, что пролетарии не имеют национальности, потому что главное для них то, что их угнетает капитал, и в этом они равны, а национальности придумала буржуазия, чтобы рассорить пролетариев разных стран и не дать им объединиться. Соответственно, так как в новорожденном СССР не было угнетения пролетариев, то не должно было быть и наций. Хотелось бы, чтобы так было и во всем мире. Наш лозунг был «Пролетарии всех стран, объединяйтесь!», и наши люди искренне не понимали, почему уже все не объединяются, чтобы «без Россий, без Латвий жить единым человечьим общежитием». Надо сказать, что такому подходу способствовало и то, что люди жили в огромной империи. Тот же Маяковский был русский, но родился и вырос в Грузии, а жил потом в Москве.

В то время заключалось много межнациональных браков. Выросшие до войны городские дети не интересовались национальностью друг друга. Но постепенно происходило изменение.Collapse )
Внутри страны «старшим» был назначен русский народ, а внутри социалистического лагеря – СССР. Нечего и говорить, что все остальные народы вовсе не хотели быть «младшими». Вернее, они были не против получать лучшие куски, но не хотели уважать «старшего», признавать его право на поучения, на решения. Они были готовы только критиковать его за неверные решения и все время подозревали, что их обманывают. Collapse )
Очень много было предпринято усилий для создания национальных эпосов прежде бесписьменных народов, придумывания им истории, появления национальной интеллигенции. Прежние племена превратились в нации. Кто различал казахов и киргизов? А стали 2 народа. Откуда, вообще, взялись «казахи»? Уж если на то пошло, то все они были киргизы, а «казахами» их часть стала, когда изгоняли населявших северную часть современного Казахстана казаков. Откуда взялись азербайджанцы? Кто помнил это древнее государство к началу 20 века? Там жили турки, которых царское правительство именовало для удобства татарами, как и жителей Средней Азии. Но очень надо было, чтобы у них всех были своя академия наук и художеств, свой кинематограф, свой театр, своя национальная литература, своя письменность.

И еще, житель СССР с рождения наделялся какой-нибудь национальностью, о которой он не мог забыть ни на минуту, потому что в день по нескольку раз могли спросить. Например, при заведении карточки для посещения зубного врача, для оформления библиотечного билета, для получения любой бумаги. Какое отношение имела национальность для чтения книг и лечения зубов? А у них были какие-то отчеты, которые шли куда-то наверх и там надо было указать, сколько русских, а сколько удмуртов читало в библиотеке. Плановое хозяйство. Вдруг, удмурты отстают? Провести работу и довести до нужного процента. А сколько было праздников, где надо было плясать и петь в национальных костюмах? Где не хватало нужных национальностей, наряжали русских. «Вот тебе узбекский костюм, а вот тебе латышский». Считалось, что это сплачивает нации, а это их разъединяло. Все эти дни и декады национальной культуры – как они надоедали! А практика квотирования мест для представителей национальных республик в вузах Москвы и Ленинграда, в аспирантурах, в творческих союзах? А непременное условие, чтобы руководящие места в национальных республиках занимали национальные кадры, даже если русских там было 80%, как в Якутии? Надо ли удивляться, что такая политика привела к росту национализма? Collapse )
Что у меня осталось в сознании от такого советского воспитания? Устойчивое мнение, что каждый народ по-своему интересен и своеобразен, что никто никого не хуже, и что нет ничего хуже агрессивного национализма. Я не могу слышать слово «чурка» и прочее, но не терплю, и когда плохо говорят о русских. В общем, кривовато и противоречиво как-то получилось, как и вся советская национальная политика.

Сегодня же нет такого понятия, как «братство народов». Есть вражда народов или , в лучшем случае, признание, что у каждого есть свои национальные интересы. Почти развалился фонтан «Дружба Народов на ВДНХ». Не стыдно открыто ругать другие народы и провозглашать свой лучшим. Приведет ли это к добру? Посмотрим.



автоном http://uborshizzza.1mgmu.com/?p=294

Леонид Юзефович. «Журавли и карлики»

Переход по щелчкуВ верхнее тематическое оглавление
 Переход по щелчку Тематическое оглавление (Рецензии и ругань)
 Переход по щелчку предыдущее по теме…………………………………  Переход по щелчку следующее по теме
 Переход по щелчку предыдущее по другим темам……………  Переход по щелчку следующее по другим темам


Леонид Юзефович больше известен как автор детективов про сыщика Путилина, из которых мне больше всего нравится «Князь ветра». Но в этот раз написан роман со сложной композицией. Если совсем кратко, то он посвящен осмыслению того, что произошло со страной и ее гражданами в 90-х годах. Таких книг удивительно мало. В 90-е годы мне очень хотелось почитать что-то о современности, но ничего не было. Издавались переводные книги, книги наших эмигрантов, мемуары в огромном количестве, разоблачения, фантастика, все, что угодно, но никто не написал про то, что происходит здесь и сейчас. Первыми к современности приблизились детективщики, все эти «Слепые», «Бешеные», «Команды», «Бригады»: там хоть было про вмиг обнищавших людей, про бандитов, про проституток, про торговлю на улице всем, начиная от нижнего белья и заканчивая автоматами и из-под полы. Сами понимаете, это все же не настоящая литература. Но и через 18 лет книг о 90-х мало. Я это объясняю тем, что это был такой шок, что люди просто не помнят и не хотят вспоминать то время. А вот Юзефович вспомнил.

Герой романа, историк Шубин, вместе с женой в 2004 году приезжает в Монголию, чтобы написать очерк для туристического журнала. До Перестройки он работал в одном из гуманитарных НИИ, возможно, был археологом. Потом он стал публицистом. Начал писать очерки и даже повести для разных изданий на модную историческую тематику: про Колчака, про Бухарина и т.п. Но тут грянул 1991 год: деньги кончились. Он устроился преподавать в 2 школы, в частную и гуманитарную, искал случайных заработков в разных изданиях, но постепенно вновь начал неплохо жить. Вот и командировка с полным обеспечением для него и жены в любимую им с детства Монголию. В Монголии он видит человека, который напомнил ему одного знакомого, Жохова. Далее весь роман построен на воспоминаниях Шубина о том времени, когда он познакомился с Жоховым. А было это в 1993 году, в период от смерти матери Ельцина до расстрела Белого дома. Collapse ) Мало ли было таких случаев! И чеченец, женатый на русской, к 60-ти годам осознавший, как трудно любить всех, и насколько удобнее любить только свой народ, потому что тогда всех остальных можно грабить, не считая за людей. Дама, выступающая на митинге и требующая от Ельцина ввести войска, чтобы разобраться с проклятыми коммунистами, в которой Шубин узнает редакторшу журнала «Пионер» зарубившую ему очерк за то, что там было написано «Вася и Леша пошли в лес», а не «Пионеры Вася и Леша пошли в лес». И как все СМИ осуждали Конституционный суд за то, что он не отменил Референдум в день смерти матери Ельцина. А этот эпизод перекликается с монгольской песней про Чингиз-хана, у которого умерла мать, и завоеватель мира плакал, потому что не мог ее вернуть.

Есть в книге и несколько забавных историй о жизни монголов. Так европеизированный монгол-переводчик говорит, что его семья питается диетически: фруктами, овощами, а за зиму они с женой и дочерью съедают "только" одну лошадь, одного бычка и шесть овец. Еще мне понравилось применение монгольского музыкального инструмента моринхура. Часто случается, что верблюдица отказывается кормить верблюжонка."Это очень нервное животное. Тогда хозяин играет на моринхуре, и ей делается стыдно, что она такая плохая мать. От стыда она плачет настоящими слезами и дает верблюжонку сосать вымя." И много в книге еще забавного, необычного. Например, приехавший туда русский узнает, что к пожилой монголке, которая в степи выпасала овец, приехала в гости знакомая и, пока они часа три пили чай, у них увели стадо овец – все достояние их большой семьи, и монголка, поняв, что воров не догнать, садится на лошадь и едет к сыновьям. «И что с ней будет, как она будет оправдываться? Не сделают ли ей сыновья чего плохого?» спрашивает приехавший русский. «Она не будет оправдываться. Она будет говорить сыновьям, как они были неправы, что оставили ее в степи одну. И им будет стыдно».

Если будет время – почитайте.