uborshizzza (uborshizzza) wrote,
uborshizzza
uborshizzza

Categories:

Мо Янь. «Устал рождаться и умирать»

Прочла книгу нобелевского лауреата по литературе Мо Яня «Устал рождаться и умирать».
Мо Янь родился в 1955 году. Он - председатель союза китайский писателей. В России стал известен после того, как снятый по его роману «Красный Гаолян» фильм, вышел на экраны.
Мо Янь пишет про жителей деревни, в которой он родился. В этом он похож на нашего Фазиля Искандера с его Чегемом.
Я бы не сказала, что написанный за 43 дня роман тянет на шедевр, но Нобелевские премии редко дают за выдающиеся произведения – все же они слишком политизированы. Китайцы впервые получили своего нобелевского лауреата по литературе, и это отражает возросшую роль Китая в мире. Возможно, со временем китайских лауреатов станет столько же, если не больше, чем английских или американских.
В целом роман смотрится несколько архаичным – сегодня нужно писать как-то по-другому. «Устал рождаться и умирать» чем-то похож на «100 лет одиночества», чем-то – на «Жизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина» , чем-то на «Сандро из Чегема», чем-то на «Сон в летнем тереме». Не знаю, читал ли Мо Янь Искандера и Войновича, но он знает русскую литературу и не раз упоминает Толстого и Шолохова. Роман скорее сатирический, хотя мелодраматический и даже мистический компоненты в нем имеются.

Меня в этом романе заинтересовала фактическая сторона, так как мы мало знаем о том, как жил наш могучий сосед в 20 веке.

История начинается в 1950 году и заканчивается в 2005. Перед читателем промелькнет социализм, и начнется новая капиталистическая жизнь. Всего-то социализм продержался в Китае 30 лет. Все события: коллективизация, «большой скачек», «культурная революция», переход к "политике реформ и открытости" будут показаны глазами…животных: осла, быка, борова, пса. Именно в этих животных последовательно перерождалась душа безвинно расстрелянного в 1948 году помещика Симэнь Нао из деревни Симэньтунь. Как видите, он носил фамилию по названию своей деревни, а его имя означает «скандалить», и имя оказалось очень подходящим. Именно это свойство характера и не позволило Нао сразу переродиться человеком: уж очень он возмущался тем, что его, такого хорошего человека, убили в расцвете сил. Но у Владыки Ада были свои правила: душа, полная ненависти, жаждущая мщения, не должна возрождаться в человеке. Поэтому Нао прошел почти полный круг воплощений (еще он был обезьяной, но об этой его жизни сказано вскользь). В последнем воплощении Симэнь Нао появился в облике странного большеголового ребенка, больного гемофилией, который помнит все, что случилось с его душой с 1948 года. Он и является главным рассказчиком, а зовут его Лань Цяньсуй («тысячелетие», потому что он родился на новый 2001 год). Второй рассказчик – дед Ланя Цяньсуя - Лань Цзефан (его имя означает «освобождение», так как родился он в 1950 году, и назван в честь социалистической республики, установившейся в 1949 году). А расстрелянному помещику Симэню большеголовый ребенок приходится правнуком по женской линии.

Дед и внук беседуют, сидя на крыльце старой помещичьей усадьбы, из которой увели на казнь Симэнь Нао.

Симэнь Нао прожил 30 лет. Его отец умер рано, оставил в наследство золото, деньги и 9 га земли. Нао сам работал на земле день и ночь без выходных и приумножил наследство: купил еще 15 га земли, нанял 4-х батраков и 2-х кухарок. То есть, по коммунистическим меркам он считался эксплуататором.
В 24 года он женился на дочери богатого помещика из их уезда. Девушка даже не успела получить взрослого имени, и ее так и звали «урожденная Бай». В Китае человек дважды получает имя, но с девочками на эту тему не всегда заморачиваются. Детское же имя этой женщины было «Абрикос». К сожалению, она не смогла забеременеть. Через 4 года урожденная Бай сама предложила мужу взять наложницу. Наложницу звали Инчунь. В отличии от жены, у нее не было фамилии, и жена дала ей свою. Таким образом, она стала Бай Инчунь и через год родила двойню. Мальчика назвали Симэнь Цзиньлунь (Золотой Дракон), а девочку - Симэнь Баофэн (Драгоценный Феникс). Нао так обрадовался известию о рождении детей (уже начали поговаривать о его бесплодии), что вычистил полный навоза амбар: на любые новости он реагировал тем, что шел работать.
К этому времени Нао уже вошел во вкус: с женой он спать перестал, а взял еще одну наложницу - У Цюсян, уже по своему вкусу и чисто для постельных утех.
Вот тут-то его и расстреляли.

За те 2 года, что Нао препирался с демонами в Аду, провели земельную реформу: помещичью землю разделили. Не избежал раздела и помещичий дом: в главном здании расположилось правление деревни, в одном флигеле поселился Хуан Тун, женившийся на бывшей наложнице У Цюсян. У них родились девочки-двойняшки Хуан Хэцзо и Хуан Хучжу.
Отец Туна жил тем, что изготовлял соевый творог. Когда-то Хуан Тун был шалопаем, который воровал у Нао чай, а потом именно он стал тем, кто возглавил Народное ополчение деревни. Он и убил Симэнь Нао. У Цюсян оказалась неблагодарной женщиной: она всем рассказывала, что помещик ее насиловал, что она – жертва режима, в то время как, по мнению Нао, все между ними происходило по любви. Своего нового мужа Цюсян тоже не больно жаловала и изменяла ему направо и налево.
Другая наложница, Инчунь, напраслины на покойного не возводила. Но она тоже вышла замуж и жила с мужем и детьми в другом флигеле. А ее мужем стал бывший батрак Симэня Нао Лань Лунь. Его фамилия и имя означают «Синее лицо».
Нао имел привычку по утрам на рассвете собирать по деревне собачьи какашки на удобрение. И вот однажды самым ранним утром он заметил у храма замерзшего маленького мальчика – кто-то пришлый оставил ребенка умирать. Нао взял его, принес в дом, положил на кан. Кан – это самое важное в доме место – это лежанка от печки. На ней сидят больные и дети. Если хотят сказать, что мы родные, то говорят «мы вышли с одного кана».
Мальчик выжил. Ему было лет 8-9, своего имени он не знал, ничего не помнил о прошлом. Тогда Нао и придумал ему имя и фамилию из-за огромного синего родимого пятна, занимающего ровно половину головы. Пятно это, оказывается, передавалось по наследству: оно было у сына Лань Луна – у Лань Цзефан, у внука - Лань Кайфана.
С детства Лань Лунь работал на Симэнь Нао и считался его батраком, а после его смерти он женился на хозяйской наложнице, усыновил ее близнецов и завел собственного синелицого сына.
Что касается урожденной Бай – официальной жены помещика, то она была сослана в хибарку рядом с кладбищем. Ее много били, даже пытали, выспрашивая, где она с мужем зарыла их сокровища. Пытал ее лично староста деревни и секретарь партячейки Хун Тайюэ. В прежние времена он побирался по базарам с бычьим мослом – была у нищих такая профессия. Они как-то на этом мосле играли, показывали с помощью него фокусы, за что добрые люди и давали им деньги. Но потом оказалось, что он не просто так ходил по рынкам, а был революционером и разведывал важную информацию. За это он и получил при новой власти должность старосты.
В деревне жили и другие классовые враги. Их поселили в отдельном бараке, выводили на общественные работы под конвоем, а по революционным праздникам мазали им лица краской, вещали на них позорные плакаты и прогоняли по улицам деревни под свист и ругань.

Когда возрожденный ослом Симэнь Нао узнал обо всем этом, он едва не сошел с ума от злости. Особенно негодовал он на своего бывшего батрака и наложницу, хотя и родился осленком именно в их хлеву. Но потом ослиное начало взяло в нем свое. Лань Лунь прекрасно обращался с животными – осел не мог этого не оценить. Как осел он вырос в настоящего красавца – все им восхищались, а хозяин готов был за него душу отдать.
Надо сказать, что во всех своих воплощениях Симэнь Нао являлся образцом породы, а кроме этого проявлял свои человеческие качества: был храбрым, ловким, умным и изобретательным, но очень строптивым и с развитым чувством справедливости (животных, в которых он перерождался, рассказчики называли осел Симэнь, бык Симэнь, хряк Симэнь, хотя они и имели обычные клички, осла, например, назвали «Чернышом»).
Никто не опознал в осле перерожденного помещика, кроме его жены, урожденной Бай. Она это почувствовала, но никому, конечно, не сказала.

В качестве осла Нао кусал всех врагов хозяина и тех, кто лично ему был неприятен, крутил роман с красивой ослицей и совершил настоящий подвиг – забил копытами двух волков.
Один раз Лань Лунь отвез на своем осле в больницу жену героя Корейской войны и председателя торгово-закупочного кооператива Пан Ху, которой приспичило рожать посреди дороги. Женщина тогда родила дочь Пан Канмэй, а семьи впоследствии сохраняли кое-какие дружеские связи.
За красоту осла взял себе начальник уезда, который раньше торговал ослами и имел к этим животным особое пристрастие. Представьте себе: в конце 50-х годов глава уезда не имел машины! Осел Симэнь только один раз видел автомобиль и был поражен им.
Взамен реквизированного осла, начальник дал Лань Луну некую охранную грамоту, подтверждающую, что тот имеет право не вступать в коммуну, если не хочет. Мао Цзэдун разрешил единоличников, но этим правом в Китае, похоже, воспользовался один Лань Лунь. Ох, и натерпелся же он от этого! Его уговаривали, ему угрожали. Сосед по дому, Хуан Тун, ставший бригадиром большой производственной бригады ругался с ним на эту тему каждый день. Но Лунь был непреклонен.
Но однажды осел повредил ногу, копыто пришлось ампутировать. Осла вернули хозяину, который до того не хотел с ним расставаться, что соорудил ему протез. Осел жил как бы на пенсии, но здесь в деревне начался голод, вызванный тем, что в стране происходил «большой скачок», и все выплавляли металл в самодельных домнах. В результате они остались без хлеба. Озверевшие коммунары ворвались в хлев Лань Луня и сожрали его осла. Скорее всего, это был 1959 год.

Во втором перевоплощении Симэнь Нао стал быком. Лань лунь купил его теленком на рынке. Он заглянул ему в глаза и понял, что перед ним перерожденный осел Черныш, по которому он тосковал.
Бык умел вставать на задние ноги и даже на передние. Хотя последнее, скорее всего, было глюком, который однажды привиделся Лань Цзефану. Он видел, как ночью его отец украсил быка красными лентами, и они пошли на край деревни, где веками хоронили умерших детей, а потом распахали и сделали поле. Духи детей, одетых в красные платья, пели песенки, а бык становился на голову.
Еще бык замечательно ходил под плугом. Полоску единоличника со всех сторон окружали поля коммуны, и когда Лань Лунь пахал, коммунары стояли с ножом, чтобы отрезать ногу быку, если он зайдет на их землю. Но бык ни разу не зашел на чужую землю.

В этой части романы рассказывают о Культурной Революции и о хунвейбинах.

Лань Лунь продолжал оставаться единоличником. Давление на него усиливалось. Дошло до того, что его приемные дети и жена вступили в коммуну. Лань Лунь остался вдвоем с быком и даже жить перебрался под навес к нему – не хотел компрометировать семью. Но зато младший сын остался с ним. Приемную дочь направили в город учиться, и через несколько месяцев она вернулась «босоногим врачом» - была в Китае такая форма оказания медицинской помощи. Она бодро бегала по деревне с медицинской сумкой, пользуя заболевших уколами и таблетками. Также она научилась принимать роды.
А вот приемный сын Симэнь Цзиньлунь оказался карьеристом. Он готов был из штанов выпрыгнуть, лишь бы его заметили. Каждый день он лупил младшего брата, чтобы тот тоже вступил в коммуну. Это происходило на поле, где мальчик пас быка. Бык не вмешивался в конфликт, так как не хотел идти против родного сына, но зато гонял всех взрослых, которые хотели присоединиться к избиению.
Когда началась кампания «Четырех чисток», Цзиньлунь развернулся на полную катушку. Он носил специальную форму, сшитую из крашенной марли, и деревянный пистолет, сочинял позорящие стишки, делал сатирические стенгазеты, придумывал сценарии акций, на которых юнцы мучили бывших помещиков и единоличника Лань Луня. Один раз залил ему глаза красной краской так, что отец чуть не ослеп. Целью Цзиньлуня было вступление последнего единоличника в коммуну к очередной годовщине народной власти: ожидался приезд большого начальства, и Цзиньлунь мечтал поставить по этому случаю спектакль, чтобы выслужиться.
В конце концов сдался Лань Цзефан. Он сказал отцу, что вступает в коммуну вместе с быком. Отец согласился. Цзефана сломили не побои брата, а слова матери, которая сказала, что за него никто не пойдет замуж. А Цзефан влюбился в свою соседку Хуан Хучжу. У этой девочки были удивительные волосы до колен, тогда как все остальные женщины остриглись по революционной моде. Но в волосах у Хучжу проходили капилляры, и ее волосы нельзя было стричь: при стрижке она могла истечь кровью. Увы, сама Хучжу, как и ее сестра Хуан Хэцзо, была влюблена в старшего брата, в Цзиньлуня. Все же синее лицо не красило Цзефана, да и мал он еще был.
И вот настал решающий день. Коммунары устроили праздник по поводу обретения могучего быка. Это конец 60-х, а в деревне нет ни одного трактора, нет электричества.
Пахать на быке доверили юному карьеристу Цзиньлуню. Но бык отказался его слушаться. Бык Симэнь посчитал, что подчиняться собственному сыну не будет. Цзиньлунь разозлился и стал бить быка, тот не двигался. Тогда присоединились и другие: бей контрреволюционного быка. В итоге они забили его насмерть, но умирать бык пришел на полоску единоличника. Тот его там похоронил, рядом с могилкой, где лежал протез сожранного коммунарами осла Симэня.
В довершение всех бед, Цзиньлунь нечаянно уронил в нужник значок с Мао Цзэдуном и лишился с таким трудом завоеванного положения.

Переход по щелчкуВ верхнее тематическое оглавление
 Переход по щелчку Тематическое оглавление (Рецензии и критика: литература)
Tags: Рецензии и критика: литература
Subscribe
Buy for 60 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments