uborshizzza (uborshizzza) wrote,
uborshizzza
uborshizzza

Categories:

Козырев из Майами призывает Запад проявить жесткость по отношению к России


Помните ли вы первого министра иностранных дел Андрея Козырева? Он вначале был министром в безвластном правительстве провозгласившей свой суверенитет РСФСР, а потом уже, после Беловежья, стал настоящим хозяином на Смоленской. Когда его назначали, то ориентировались на либеральные взгляды, бойкость и т.п. – никто же не думал, что СССР распадется.

СССР распался, а Козырев остался министром и рулил МИДом вплоть до1996 года! Когда он получил должность министра, ему было 39 лет. До 1990 года он успел дослужиться до начальника Управления международных организаций МИД СССР – там его и нашел Иван Силаев.
При утверждении на должность в Верховном Совете РСФСР Козырев сказал: «Демократическая Россия должна быть и будет таким же естественным союзником демократических стран Запада, как тоталитарный Советский Союз был естественным противником Запада».


На его характер и взгляды, по-видимому, оказал влияние тот факт, что он родился в Брюсселе. Там его папа работал инженером. Может быть, его папа был не только инженером, а еще немного подрабатывал в другом ведомстве. Семья потом, разумеется отправилась домой, но воспоминаний хватило на всю жизнь, а ребенок все эти разговоры про райское заграничное житье впитывал, как губка. Это – один вариант. Разумеется, я не могу знать точно.
Сам он пишет, что пришел к антисоветским взглядам после первой поездки в Штаты и посещения супермаркета: «Я продолжал работать в МИДе, но чем дальше я стал вдумываться, чем я занимаюсь, что у нас за внешняя политика, чем она занимается, то постепенно у меня все это стало разрушаться, как карточный домик, и я в конце концов, честно говоря, был просто антисоветчиком. Ну вот такой компромисс, все так делали, я тоже делал». При этом он был, разумеется, членом КПСС с 1973 года. Его родители тоже были членами КПСС. А бабушки и дедушки кем были? Что-то он ничего про это не пишет.

Интересно, как он поступил в МИМО. Козырев окончил испанскую спецшколу – с этим языком конкуренции было меньше. Затем он год проработал на заводе и получил направление на рабфак – был такой ход со стороны для сильно блатных деток: не всякому же молодому рабочему директор подписал бы направление. Это делалось так: блатной выпускник оформлялся на солидный завод, лучше, работавший на оборонку; год якобы работал, а потом получал рекомендацию от руководства, что он - сознательный представитель пролетариата и будет полезен обществу в качестве лица, имеющего высшее образование. Вы же не забыли, что пролетариат в СССР считался классом-гегемоном - все для рабочих. В вузе такого абитуриента зачисляли на рабфак по результатам собеседования. Представьте себе конкурс в МИМО и собеседование! Год рабфаковцы как бы подтягивали свои знания к требованиям вуза и по результатам выпускных экзаменов зачислялись на 1-й курс. Зачислялись практически все, кто поступил. Это была очень неплохая синекура для избранных.
Но смешно читать, как Козырев врет, что решил идти работать на завод, выпускающий, по его словам, пылесосы (только почему-то тем, кто там работал, давали секретность на 3 года минимум), чтобы узнать жизнь, а потом передумал и захотел поступить в вуз. Тут ему и рекомендацию дали. При этом у конвейера Козырев не стоял ни минуты, а занимался общественной работой – организовывал концерты и КВН.
Но в его воспоминаниях есть интересная деталь: Козырев считает, что «добро» на его поступление в МИМО дало КГБ – они там все курировали.

Разумеется, такой человек очень подошел американцам:«У меня был разговор с Бейкером в Брюсселе, многочасовой, сразу после путча. Меня отправили 20 августа 1991 года из Белого дома с полномочиями объявить правительство в изгнании, если дело до этого дойдет. Дело до этого, к счастью, не дошло, но я встретился с Бейкером в Брюсселе 19–20-го. Я ему сказал: «Джеймс, как я вижу эту ситуацию? Она очень простая. Это холодная война наоборот». Была Фултонская речь Черчилля, именно про Черчилля был разговор, мы все время к нему возвращались. Я говорю: «Мы ждем от вас, что либо Буш, либо ты, либо не знаю кто там у вас произнесет Фултонскую речь наоборот».
– Занавес поднимается?
– Да. Советский Союз исчезает, к власти в России пришли нормальные ребята, хорошие, дураки, идиоты – кто угодно, но они хотят с вами просто быть в одном месте. Нужно их поддержать, нужен новый план Маршалла, нужно закрыть на все глаза и выделить деньги, оказать политическую поддержку, идеологическую поддержку, помогать нам на полную катушку».

Для Козырева Запад был альфой и омегой и солнце всходило там.
В своих мемуарах Евгений Примаков вспоминает, как однажды Ричард Никсон спросил Козырева о том, каковы интересы новой России. «Одна из проблем Советского Союза состояла в том, что мы слишком как бы заклинились на национальных интересах, — ответил на это Козырев. — И теперь мы больше думаем об общечеловеческих ценностях. Но если у вас есть какие-то идеи и вы можете нам подсказать, как определить наши национальные интересы, то я буду вам очень благодарен».

Говорят, что Козырев весной 1996-го принялся умолять американского госсекретаря Уоррена Кристофера организовать ему совместную фотографию с Клинтоном в Овальном кабинете. В ответ ему предложили заявить о согласии России на план расширения НАТО на Восток. За это Козырев заработал короткую поездку на лимузине в Белый дом для встречи с Клинтоном.

Я хорошо помню речь Козырева на сессии совета министров иностранных дел СБСЕ в декабре 1992 года, где обсуждали санкции против Милошивича. Ее тогда показали по телевизору. Козырев заявил следующее:
«Дамы и господа! Я должен внести поправки в концепцию российской внешней политики… Первое. Сохраняя в целом курс на вхождение в Европу, мы отчетливо сознаем, что наши традиции во многом, если не в основном, в Азии, а это устанавливает пределы сближения с Западной Европой…Мы видим с некоторой эволюциейпо сути, неизменные целеустановки НАТО и ЕС, разрабатывающих планы укрепления военного присутствия в Прибалтике и других регионах бывшего СССР… Этим же курсом, видимо, были продиктованы санкции против Сербии… Мы требуем их немедленной отмены.
Второе. Пространство бывшего СССР не может рассматриваться как зона полного применения норм СБСЕ. Мы будем твердо настаивать на том, чтобы бывшие республики Союза незамедлительно вступили в новую федерацию или конфедерацию… И об этом пойдет с ними жесткий разговор… И третье. Все, кто думает, что можно не считаться с этими особенностями и интересами, что Россию ожидает судьба Советского Союза, не должны забывать, что речь идет о государстве, способном постоять за себя и за своих друзей…».
А вечером российский министр выступил вновь:
«Дамы и господа! Хочу заверить, что ни президент Ельцин, который остается руководителем и гарантом российской внутренней и внешней политики, ни я как министр иностранных дел никогда не согласимся на то, что я зачитал в предыдущем выступлении… Хочу поблагодарить вас за предоставленную мне возможность применить такой ораторский прием. Зачитанный мною текст - это компиляция требований далеко не самой крайней оппозиции в России. Это лишь прием, которым я хотел показать опасность иного развития событий…».
То есть, это была шутка юмора с некоторой угрозой: мол, дайте денег, а то у нас такая страшная оппозиция. А то вместо меня придут другие и скажут все это всерьез.

А ведь мы тогда на минуту поверили, что РФ пытается переломить сложившуюся ситуацию. Куда уж там.
Козырев поддержал тогдашние санкции против Сербии и многое другое.

Представьте себе, какое было время, если слова о существовании у России своих интересов воспринимались не иначе, как ужасная крамола!

Люди ненавидели Козырева, но Ельцин продолжал его держать в министрах. Убрали Андрюшу только перед выборами Ельцина в 1996 году - надо же было поднять рейтинг.

До 2000 года Козырев отсавался депутатом Госдумы, а после 2000 занимался бизнесом: американцы его не забыли, и он был членом совета директоров фармацевтической компании, вице-президентом фармацевтической компании, а до 2012 года - председателем Совета директоров ОАО АКБ «Инвестторгбанк".

Такой человек, как Козырев, очень характерен. Неясного происхождения и сомнительных талантов, с детства ненавидящий СССР, неизвестно как пробравшийся в команду «реформаторов».
Сдал все, что мог и за небольшую плату для себя – должность в иностранной компании.
Запад не только дешево оценил услуги Козырева, но и ничего не сделал хорошего для России. Все уступки там воспринимали как слабость или умопомешательство, которым нужно успеть воспользоваться.

Сейчас Козырев живет в Майами. Недавно он опубликовал статью в The New York Times - «Приближающаяся смена режима в России», в которой бывший министр рассуждает о том, что Запад должен проявить твердость «в защите суверенитета Украины и восстановления ее территориальной целостности» – потому что это «является необходимым условием не только обуздания агрессивных импульсов Кремля, но и вовлечения России в конструктивный диалог по широкому спектру вопросов».

Переход по щелчку В верхнее тематическое оглавление
 Переход по щелчку Тематическое оглавление (Политика)
Tags: Новости
Subscribe
Buy for 60 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 31 comments