uborshizzza (uborshizzza) wrote,
uborshizzza
uborshizzza

Показания уволенного главы ФБР Коми в Конгрессе США о его разговорах с президентом Трампом




Сегодня целый день транслируют по разным каналам показания, которые дает бывший директор ФБР Джеймс Коми в Конгрессе США.

Показания эти в очередной раз убеждают меня в правильности моего мнения о секретных агентах, будь то наши агенты или американские. Я считаю их очень странными людьми. Сейчас как раз идет сериал "Твин Пикс", где Линч стебается над этими агентами по полной программе.
Но бывают, конечно, и другие образы агентов ФБР - хотя бы в "Секретных материалах". Там они вечно с пистолетом и с фонариком воюют с инопланетянами.

У нас агентов КГБ, а теперь ФСБ изображали по-разному. То они были рыцари без страха и упрека, а то - главные паханы и бандиты. Сейчас их образ вновь приобрел героичские черты.
И все же, на мой взгляд, прав Линч - не зря он великий режиссер.

Вы только посмотрите на этого Джеймса Коми!

Вот краткое содержание его показаний:

Коми встречается с Трампом один на один, чтобы передать ему деликатную информацию: СМИ вот-вот опубликуют нечто непристойное, касающееся Трампа.

Что же это за информация? Если кто еще помнит, то это история про то, что Трамп, проживая в московском отеле в номере, который до него занимал Обама, нарочно привел в номер проституток, и они вместе писали на кровать, где прежде спал Обама. Интересно, а где он потом спал Трамп?

Все это, разумеется, КГБ записал на видео и теперь может шантажировать Обаму. По правилам ФБР из-за такой возможности необходимо было бы провести расследование контактов Трампа с русскими шпионами, но ведь Трамп – президент, и Коми заверил, что расследования в отношении Трампа нет.

Зачем он это сказал? Видимо, это было предупреждение: мол, не рыпайся, а то начнем в отношении тебя расследование. Там есть возможность даже посадить подозреваемого в нежелательных контактах в тюрьму.

Далее Трамп приглашает Коми к себе на ужин и намекает ему, что может уводить, если тот не будет проявлять лояльности.

Коми записывает все личные разговоры с Трампом и рассказывает об этом в ФБР.
В третьем личном разговоре Трамп сетовал, что происходят утечки информации, намекая, видимо, на болтливость Коми, и просит оставить в покое ушедшего в отставку Флинна, в отношении которого ведется расследование по поводу его общения с российским послом.

Эта просьба немедленно была передана в ФБР, где они совместно решили, расследование не прекращать. Кроме того, Коми просил Генерального прокурора оградить его от общения с Трампом один на один.

Далее Трамп звонил Коми и спрашивал, почему ведется расследование в отношении его команды по поводу взаимодействия с Россией во время выборов. Он просил Коми хотя бы официально заявить, что расследования в отношении самого Трампа не ведется. Но Коми этого сделать не мог, потому что ФБР как раз собралась заняться таким расследованием.

Последний разговор был по телефону о том, почему Коми все не сообщает, что расследование в отношении президента не ведется. Коми посоветовал Трампу обратиться с официальной просьбой по официальным каналам.

После этого его и уволили.


А теперь цитаты:
«Я впервые встретился с тогдашним избранным президентом Трампом в пятницу, шестого января, в конференц-зале отеля Trump Tower в Нью-Йорке. Я находился там с другими руководителями разведывательного сообщества (РС) для того, чтобы ознакомить его и его новую команду по национальной безопасности с результатами анализа, проведенного РС в связи с вмешательством России в выборы. По завершению этого брифинга я остался один на один с избранным президентом, чтобы сообщить ему некоторые важные факты личного характера, содержавшиеся в тех материалах, которые были собраны в ходе анализа.

По мнению руководства РС, было важно — по разным причинам — предупредить президента о существовании этого материала, несмотря на то, что данные носили непристойный характер и не были проверены. Среди этих причин было то, что: (1) мы знали, что СМИ собираются обнародовать этот материал, и мы считали, что РС не следует скрывать от избранного президента то, что нам известно о существовании этого материала, и что он вскоре будет опубликован; и (2) в случае, если будут предприняты какие-либо попытки скомпрометировать нового президента, мы могли бы смягчить негативные последствия подобных действий, проведя брифинг в качестве упреждающего шага.
Важно понимать, что контрразведывательные расследования ФБР отличаются от более широко известных уголовных расследований. Проводя контрразведывательные расследования, ФБР пытается понять технические и психологические, ориентированные на человека методы, которыми пользуются враждебные иностранные государства, чтобы оказывать влияние на Соединенные Штаты или похищать наши секреты. ФБР использует эти сведения для пресечения подобных действий.
Поскольку природа враждебного иностранного государства известна, контрразведывательные расследования обычно сосредотачиваются на тех лицах, которых ФБР считает агентами иностранной державы, действующими осознанно или неосознанно. Когда у ФБР появляются основания полагать, что какого-то американца иностранная держава выбрала в качестве объекта вербовки, или американец тайно действует в качестве агента, ФБР «начинает расследование» в отношении этого американца.
Еще до той встречи шестого января я обсудил с руководством ФБР, следует ли мне подготовиться к тому, чтобы успокоить избранного президента Трампа и заверить его в том, что мы не ведем расследования в отношении него лично.
Я счел необходимым задокументировать свой первый разговор с избранным президентом, составив краткий конспект. Чтобы мои записи были более точными, я приступил к делу сразу же после окончания брифинга — вышел из здания, сел в стоявшую рядом с Trump Tower служебную машину и начал печатать текст на ноутбуке. С тех пор я взял за правило записывать содержание своих бесед с президентом Трампом, проходивших с глазу на глаз. Раньше я этого никогда не делал. С президентом Обамой я беседовал лично два раза (и никогда не говорил с ним по телефону).

В пятницу, 27 января в 18:30 мы с президентом ужинали в Белом доме в Зеленой комнате…
Мы сидели за небольшим овальным столом в центре Зеленой комнаты. Нас обслуживали два стюарда ВМФ, которые входили в комнату только тогда, когда надо было подавать еду и напитки.

Президент начал спрашивать меня, хочу ли я остаться на посту директора ФБР, что показалось мне странным, потому что раньше во время других бесед он уже дважды выражал надежду, что я останусь, а я уверял его, что собираюсь остаться. Он сказал, что на мое место претендуют многие, и если бы я захотел уйти, он бы понял, учитывая те нападки, которым я подвергался в прошлом году.

Я инстинктивно чувствовал, что и эта встреча с глазу на глаз, и то, что он делает вид, что мы впервые говорим о моей должности, означали, что обед был устроен (по крайней мере, отчасти), чтобы заставить меня попросить его сохранить за мной эту должность. И чтобы между нами сложились отношения с оттенком покровительства с его стороны. Это очень обеспокоило меня, учитывая традиционно независимый статус ФБР в органах исполнительной власти.

Я ответил, что мне нравится моя работа, что я намерен остаться и дослужить свой десятилетний срок в должности директора. А потом, испытывая в этой ситуации некую неловкость, я добавил, что не являюсь «надежным» в том смысле, в котором это слово используют политики, но что он всегда может на меня рассчитывать — я буду говорить ему правду. И еще я сказал, что в политическом плане я ничью сторону не занимаю. И на меня нельзя рассчитывать в традиционном политическом смысле этого слова, и эта позиция, как я сказал, его (как президента) должна полностью устраивать.

Ближе к концу нашего ужина президент вернулся к теме моей работы, сказав, что он очень рад тому, что я хочу остаться. ..Затем он сказал: «Мне нужна лояльность». Я ответил: «Вы всегда можете рассчитывать на мою честность». Он помолчал, а затем сказал: «Вот это мне и нужно. Честная лояльность». Я помолчал, а потом сказал: «Можете на это рассчитывать». Как я отметил в своих записях, которые сделал же сразу после ужина, мы, возможно, по-разному поняли смысл словосочетания «честная лояльность».

Во время ужина президент вернулся и к материалам непристойного характера, о которых я доложил ему шестого января. И так же, как и раньше, он выразил крайнее недовольство в связи с этими голословными заявлениями и опроверг их. Он сказал, что думает над тем, чтобы поручить мне расследование этого якобы имевшего место инцидента, чтобы доказать, что его не было. В ответ я посоветовал ему тщательно все обдумать, потому что могут возникнуть разговоры о том, что мы ведем расследование в отношении него лично (что не соответствует действительности), а также потому, что очень трудно доказать обратное. Он пообещал подумать над этим и попросил меня, чтобы я тоже подумал.

Следуя своему правилу записывать содержание своих бесед с президентом Трампом, я сделал подробную запись об ужине сразу же после его окончания и ознакомил с этой записью представителей высшего руководства ФБР.

14 февраля я отправился в Овальный кабинет на запланированный брифинг, на котором мы должны были ознакомить президента с состоянием дел в области борьбы с терроризмом. ..
Президент дал понять, что брифинг закончен, поблагодарив нашу группу и сказав присутствующим, что он хотел бы поговорить со мной наедине…
Когда …мы остались одни, президент произнес: «Я хочу поговорить о Майке Флинне (Mike Flynn)». Флинн накануне ушел в отставку. Президент начал с того, что Флинн, беседуя с русскими, не сделал ничего плохого, но ему пришлось его уволить, потому что тот ввел в заблуждение вице-президента. Он добавил, что в связи с Флинном его беспокоит другое, но что именно, он тогда не уточнил.

Затем президент долго говорил о проблеме утечки секретной информации… президент вернулся к теме Майка Флинна. «Он — хороший парень и через многое прошел», — сказал он. Он повторил, что Флинн своими телефонными разговорами с русскими не сделал ничего плохого, но ввел в заблуждение вице-президента. Затем он сказал: «Надеюсь, что вы знаете, как это все постепенно закончить, как забыть про Флинна. Он — хороший парень. Я надеюсь, вы сможете спустить это дело на тормозах». В ответ я лишь повторил, что «он хороший парень»...О том, что я «спущу это дело на тормозах», я не сказал.

Президент ненадолго вернулся к проблеме утечки информации.
Я сразу же подготовил несекретную запись беседы о Флинне и обсудил этот вопрос с представителями высшего руководства ФБР. Я понял, что президент просит, чтобы мы прекратили все расследования в отношении Флинна в связи с ложными заявлениями о его беседах с послом России в декабре. Из сказанного я не сделал вывода о том, что президент говорит о более широком расследовании в связи с Россией или о возможных связях членов его избирательного штаба. Я могу ошибаться, но я понял, что он делает упор на то, что произошло в результате отставки Флинна, на скандал, связанный с тем, как он рассказывал о телефонных разговорах. Но как бы там ни было, все это вызвало у меня серьезное беспокойство, учитывая роль ФБР как независимого следственного органа.

Руководство ФБР согласилось со мной, что важно не оказывать на следственную группу давления в виде президентской просьбы, поручения, которое мы собирались выполнять. Мы также пришли к выводу, что с учетом того, что эта беседа велась с глазу на глаз, у меня нет никаких доказательств, подтверждающих правдивость моего рассказа. Мы пришли к выводу, что нет особого смысла сообщать об этом Генеральному прокурору Джеффу Сешнсу, который, по нашему предположению, скорее всего, возьмет самоотвод и откажется участвовать в расследованиях, связанных с Россией (он сделал это через две недели). Обязанности заместителя Генерального прокурора тогда временно исполнял федеральный прокурор США, который также на этом посту долго не продержался.

Обсудив этот вопрос, мы договорились сохранить все в секрете, решив, что придумаем, как быть, по мере продвижения нашего расследования. Расследование продвигалось стремительными темпами, но ни один из членов следственной группы — или поддерживающих их юристов из Министерства юстиции — о просьбе президента не знали.

Вскоре после этого я лично побеседовал с Генеральным прокурором Сешнсом, чтобы передать ему обеспокоенность президента по поводу утечки информации. Я воспользовался случаем и попросил генерального прокурора не допускать в дальнейшем никакого прямого общения между президентом и мной. ..

Утром 30 марта президент позвонил мне в ФБР. Он назвал расследование российского дела «тучей», которая негативно влияет на его способности действовать в интересах страны. Он сказал, что никак не связан с Россией, что в России не имел отношений с проститутками, и что всякий раз, находясь России, он предполагал, что его разговоры записываются. Он спросил, что мы можем сделать, чтобы «убрать эту тучу». Я ответил, что мы стараемся вести расследование как можно быстрее, и что было бы очень хорошо, если бы мы добросовестно выполнили свою работу и при этом ничего не нашли. Он согласился, но потом вновь указал на проблемы, которые возникают у него из-за этого расследования.

Затем президент спросил, почему на прошлой неделе в Конгрессе проводились слушания по российскому делу, во время которых я подтвердил, что ведется расследование возможного взаимодействия между Россией и избирательным штабом Трампа. Я объяснил, что представители руководства обеих партий в Конгрессе требуют предоставлять им более подробную информацию…Я объяснил, что мы … сообщили этим лидерам Конгресса, что не ведем расследования в отношении самого президента Трампа…Я не сказал президенту, что ФБР и Министерство юстиции неохотно делают публичные заявления о том, что у нас не ведется дело в отношении президента Трампа, на что есть несколько причин. Самая главная из которых заключается в том, что в случае изменения ситуации мы будем обязаны скорректировать и свои заявления.

Затем президент сказал, что я найду способ официально сообщить о том, что расследования его действий мы не ведем.

В конце он сделал акцент на проблеме «тучи», которая мешает ему действовать во благо страны, и выразил надежду, что я смогу найти способ сообщить официально, что в отношении него никакого расследования не ведется.

Утром 11 апреля президент позвонил мне и спросил, что я предпринял в ответ на его просьбу «сообщить официально» о том, что в отношении него следствие не ведется. Я ответил, что передал его просьбу исполняющему обязанности заместителя Генерального прокурора, но ответа не получил…Я сказал, что юристу Белого дома Дону Макгану (Don McGahn) следует действовать, используя традиционный канал — обратиться к руководству Министерства юстиции и сделать запрос.
Он ответил, что так и поступит, и добавил: «Потому что я был очень лоялен к вам, очень лоялен. Ведь у нас кое-что было — сами знаете, что». Я не ответил и не спросил, что он имел в виду под этим «кое-что»... На этом наш телефонный разговор закончился.
Это был мой последний разговор с президентом Трампом».

Теперь он рассказывает о разговорах Трампа в Сенате с трансляцией на весь мир. У нас это показывают по телевизору на «Евроньюс» и идет трансляция с синхронным переводом по радио «Свобода».

Это, вообще, нормально?

По-моему, это свинство.

У нас ни один из руководителей КГБ никогда ничего подобного бы себе не позволил. Например, Крючков, хотя Горбачев его сдал, и он сидел в тюрьме, ничего о Горбачеве так и не рассказал. И, я, думаю, не потому, что его боялся. Кто бы ему помешал в 90-е выложить всю правду-матку, например, о том, как Горбачев сам организовал ГКЧП и пр.? Но он этого не сделал, и, я, надеюсь, у нас никогда не появится такие "профессионалы", как Джеймс Коми.

Вся эта история про контакты Трампа и русских шпионов яйца выеденного не стоит. По-моему, все эти люди просто рехнулись.
Зачем им нужен на 4 года этот кипиш? Чтобы доказать 50% избирателей, что они – идиоты, и выбрали не того? Или, что они его не выбирали?

Что касается нашей страны, то вот уж в чужом пиру похмелье.


Переход по щелчку В верхнее тематическое оглавление
 Переход по щелчку Тематическое оглавление (Политика)
Tags: Текущая политика
Subscribe
Buy for 60 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 16 comments